О судьбе генерал-майора И.Ф. Бринка после 1783 года

      История рискованного похода корпуса бригадира И.Ф. Бринка на Кубань в 1776-1777 гг. известна далеко не каждому историку, а имя самого полководца почти изгладилось из народной памяти. В наши дни своеобразным напоминанием о первом командире Кубанского корпуса служит лишь название станицы Бриньковской. На Кубани существует старинное предание, что в 1783 году генерал-майор Бринк умер в том самом урочище, на месте которого впоследствии возникла станица Бриньковская. Поскольку Иван Федорович Бринк был реальным человеком, жившим немногим более двухсот лет назад, легендарные сведения о его смерти вполне можно проверить путем изучения письменных документов. Мы предлагаем читателю принять участие в историко-краеведческом расследовании, в ходе которого мы попытаемся выяснить, был ли 1783 год последним в жизни генерал-майора И.Ф. Бринка и насколько соответствует исторической действительности «бриньковское» топонимическое предание. 

      Современная станица Бриньковская Приморско-Ахтарского района широко раскинулась на левом берегу реки Бейсуг, впадающей здесь в Бейсугский лиман. В последние годы XVIII века плодородные земли в низовьях Бейсуга, богатого рыбой, принадлежали войсковому атаману Черноморского казачьего войска генерал-майору Т.Т. Котляревскому. Вскоре после смерти Тимофея Терентьевича, последовавшей 18 февраля 1800 года, на его землях стали самовольно селиться черноморские казаки, основавшие здесь несколько хуторов. В июне 1815 года 25 казаков, «жительствующих хуторами на устье Бейсуга при урочище, называемом Брынков» получили из войсковой канцелярии «Открытое предписание», которое узаконило их хутора при условии «что оные будут содержать караул и истреблять всякого рода злодеев и праздношатающихся людей». 
      К 1840-ым гг. вышеупомянутые казачьи хутора составили поселок Бринков, причисленный к станице Новоджерелиевской. В 1855 году император Николай I утвердил положение Военного Совета, по которому поселок Бринков был отчислен от Новоджерелиевской станицы, при этом сам поселок был преобразован в станицу Бринковскую. С течением времени название станицы было несколько изменено: из Бринковской оно превратилось в Бриньковскую. 
      Согласно местному преданию, станица была названа в память о генерале И.Ф. Бринке, который в 1783 году был похоронен на месте Бейсугского редута, располагавшегося при впадении реки в Бейсугский лиман. Это предание фигурирует во множестве краеведческих работ, из которых оно перекочевало на страницы газетных и интернет-публикаций. На веб-сайтах, где имеются сведения о станице Бриньковской, можно прочесть, что генерал Бринк якобы умер от ран в Бейсугском редуте, а в качестве места его захоронения называют как «урочище Бейсуг», так и далекую Москву. 
      В настоящее время о том, какую роль сыграл генерал-майор И.Ф. Бринк в истории Кубани известно лишь узкому кругу кубанских историков и краеведов. Поэтому имеет смысл посвятить несколько строк биографии генерала, которого Владимир Дегоев вполне обоснованно назвал «Забытым героем Кубани». Имя И.Ф. Бринка нередко упоминается в научных и научно-популярных публикациях [1, 2], но о том, какова была жизнь первого командира Кубанского корпуса до 1776 и после 1778 г., авторам этих работ, по-видимому, ничего неизвестно. Между тем, основные вехи биографии первого командира Кубанского корпуса можно обозначить путем изучения литературы 1760-1770-х гг. 
      Родившись в 1734 году в семье обрусевших немцев, в 1748 году Иван Бринк уже находился на военной службе. В 1760-е годы наш герой служил в тяжелой кавалерии: был подполковником (с 10 декабря 1764 г.) Новотроицкого кирасирского полка и Московского карабинерного полка, полковником (с 1 января 1770 г.) Московского карабинерного полка; бригадиром (с 17 марта 1774 г.) карабинерного полка. Во время русско-турецкой войны 1768-1774 гг. принимал участие в боевых действиях на территории Крымского ханства, за что был награжден орденом святого великомученика и победоносца Георгия IV степени (3 августа 1771 г.). 
      Вскоре после подписания мира в лагере при Кючук-Кайнарджи (10 (21) июля 1774 г.) Османская империя стала нарушать отдельные пункты этого договора. Так, в 1775 году ханом Крыма, который по условиям мирного договора 1774 года был признан независимым, стал турецкий ставленник Девлет Гирей III. Такое положение дел не устраивало русскую сторону, поэтому в Петербурге был разработан план военной операции, в ходе которой предполагалось привести к власти в Крыму пророссийски настроенного калгу Шахин Гирея. Для руководства сим рискованным предприятием был выбран Иван Федорович Бринк, который в ту пору командовал деташементом, стоявшим в Восточном Приазовье. В состав деташемента входили Курский пехотный и Старосербский гусарский полки, а также два казачьих полка и эскадроны Таганрогского драгунского полка. Поскольку деташементу Бринка предстояло действовать на территории, которая официально была объявлена независимой, бригадиру необходимо было овладеть профессией дипломата. Наставником Бринка стал сам граф Никита Иванович Панин, руководивший внешней политикой Российской империи. 
      Не вдаваясь в подробности похода деташемента на Кубань, которые достаточно освещены в исторической литературе, отметим лишь некоторые его итоги. Деташемент, усиленный Белозерским пехотным, Острогожским гусарским и Смоленским драгунским полками, а также эскадронами Астраханского драгунского полка, превратился в Кубанский корпус, насчитывавший около 10 тысяч человек. При поддержке войск И.Ф. Бринка Шагин-Гирей был признан кубанскими татарами ханом. Корпусу Бринка также удалось вытеснить турок с Таманского полуострова и правого берега Кубани, но отношения с казаками-некрасовцами и ногайцами еще более обострились, что вызвало неудовольствие вышестоящего начальства. Летом 1777 года бригадиру Бринку был присвоен чин генерал-майора, но командовать Кубанским корпусом ему оставалось недолго, поскольку в это время на его место метил уже совсем другой человек. 
      Еще 1 июня 1777 года генерал-поручик А.В. Суворов, находившийся в отпуске по болезни, просил князя Г.А. Потемкина, чтобы он дал ему в командование какой-нибудь корпус, подразумевая Кубанский. Потемкин писал по этому поводу к генерал-фельдмаршалу П.А. Румянцеву и в конце ноября 1777 года ордером последнего Суворов был назначен командиром Кубанского корпуса. В январе 1778 года в лагере «при Копыльском ретраншементе» генерал-майор И.Ф. Бринк сдал А.В. Суворову командование корпусом и навсегда покинул Кубань.  
      Подробному исследованию биографии генерал-майора автор намерен посвятить отдельную работу, поэтому ниже будет рассмотрен лишь вопрос о «мнимой» смерти И.Ф. Бринка, якобы последовавшей в устье Бейсуга в 1783 году. С помощью анализа официальных изданий Военной коллегии 1770-1790-х гг. мы проверим на состоятельность топонимическое предание о генерале Бринке, до сих пор бытующее в станице Бриньковской Приморско-Ахтарского района. Установить время появления предания о смерти генерал-майора И.Ф. Бринка в низовьях Бейсуга сложно, но ясно, что оно существовало, по крайней мере, уже в середине XIX века. Примечательно, что тогда же это сомнительное предание попало на страницы официальных документов. 
      В Государственном архиве Краснодарского края (ГАКК) хранится рапорт № 2687 от 4 октября 1853 года на имя Командующего войсками на Кавказской линии генерала от кавалерии Н.С. Завадовского. Текст этого рапорта, написанного наказным атаманом Черноморского казачьего войска генерал-майором Я.Г. Кухаренко, начинается следующими словами: «В пределах Черноморского казачьего войска на устье р. Бейсуга, впадающей в Бейсугский лиман, соединяющийся посредством Ясенского гирла с Азовским морем, существует казачий поселок Бринков, урочище Бринков, производящее название свое от имени умершего там в 1783 г., во время препровождения из Бессарабской области на земли Кавказского края татарских семейств, генерал-майора Бринкова» [3]. Как мы видим, в тексте рапорта упоминание о смерти И.Ф. Бринка сдобрено целым рядом подробностей, вполне способных убедить читателя этого документа, не искушенного в истории, что все так и было.  
      В 1869 году в станице Бриньковской будущим историком Ф.А. Щербиной была организована первая на Кубани земледельческая артель, просуществовавшая до лета 1872 года. В своих воспоминаниях Федор Андреевич упоминал о месте, которое народная молва связывала с именем И.Ф. Бринка: «Понтоны, на которых около сотни лет тому назад был сооружен мост, через который проводил войска генерал Бринкин, по имени которого и названа была станица Бриньковская, давно уже не существовали, и никто из жителей недавно поселенной станицы не видел их, а сооружена была довольно плохая, с широким «мiстком» для прохода речной воды гребля, но место, где были понтоны, существовало под этим названием» [4]. То есть урочище, располагавшееся в устье р. Бейсуг, называлось «Бринкины понтоны, или Бринкин мост».  
      Ф.А. Щербина вовсе не упоминал о смерти генерала Бринка на месте будущей станицы Бриньковской, но в предисловии к третьему тому его воспоминаний научный редактор издания профессор В.К. Чумаченко пишет: «Можно предположить, что современная норма произношения названия станицы через «и» утвердилась потому, что название ее идет не от веселой игры в звуки, напоминающие звучание старинной казачьей бандуры, а от официального произношения фамилии командующего Кубанским корпусом бригадира Ивана Федоровича Бринка (1734-1792), из обрусевших немцев, который нашел вечный покой где-то в окрестных дюнах» [5]. 
      Сама по себе история о смерти И.Ф. Бринка любопытна, но вряд ли кто-то из краеведов всерьез задавался вопросом: «Откуда казаки Черноморского войска, поселившиеся в низовьях Бейсуга около 1815 года, могли знать, что в далеком 1783 году здесь умер генерал-майор Бринк? Не есть ли это пример так называемого «испорченного телефона»? Наконец, если все было именно так, как изложено в местной легенде, то смерть генерал-майора И.Ф. Бринка должна быть отражена в исторических источниках. Следуя этой логике, автор обратился к такому изданию XVIII века как «Список Воинскому департаменту, и находящимся в штате при войске, в полках гвардии и в артиллерии, генералитету и штаб-офицерам». Это официальное периодическое издание Военной коллегии Российской империи, выходившее в 1760-1790-е гг. 
      Значение «Списка Воинскому департаменту…» для историков и краеведов, занимающихся историей XVIII столетия, сложно переоценить, поскольку на страницах этого издания ежегодно публиковались сведения о том, в каком полку находился тот или иной офицер, когда он поступил на службу и получил свой последний чин, и т.д. Кроме этого, в «Списке…» также присутствовали сведения о живых кавалерах ордена св. Георгия. 
      Изучив существующие книги «Списка воинскому департаменту…» за 1770-1790-е гг., автор убедился, что легендарные сведения о смерти Ивана Федоровича Бринка в 1783 году не соответствуют действительности. В подтверждение этому ниже будут приведены комментарии, стоящие в книгах «Списка…» напротив имени генерал-майора и кавалера Ивана Бринка:  
      1779 год – «при Оренбургском корпусе» [6]; 
      1780 год – «при Белорусской дивизии» [7]; 
      1782-83 гг. – «при Смоленской дивизии» [8];
      1784-85 гг. – «под следствием» [9]; 
      1787-93 гг. – «под следствием» [10];
      1794-1796 гг. – «Уволенные от службы генерал-майоры: Иван Федорович Бринк» [11]. 
      Таким образом, мы видим, что в 1779-1783 гг. И.Ф. Бринк состоял при различных воинских формированиях, а в период с 1784 по 1793 гг. он находился под следствием, чего явно не могло бы произойти, если бы в 1783 году он действительно умер в Бейсугском редуте. Упоминание Бринка в 1794-1796 гг. в качестве лица, уволенного от службы, также свидетельствует о том, что он был определенно жив в эти годы, иначе его имя не упоминалось бы в числе здравствующих кавалеров ордена св. Георгия, сведения о которых публиковались на последних страницах «Списка воинскому департаменту…».  
      Как мы теперь знаем, генерал-майор Иван Федорович Бринк прожил как минимум 13 лет с того года, когда он якобы умер в Бейсугском редуте (1783 г.). Действительно, упомянутый редут был построен войсками Бринка, что было зафиксировано в народной памяти, но на этом связь генерала с небольшим фортификационным сооружением обрывается. Можно предположить, что черноморские казаки, поселившиеся в устье р. Бейсуг в начале XIX века, где-то услышали предание о пребывании Бринка в урочище, названном его именем, а их потомки украсили это предание эпизодом со смертью генерала на месте будущей станицы Бриньковской. Итак, легендарные сведения о смерти И.Ф. Бринка в 1783 (или любом ином) году в урочище Бейсуг не подтвердились. В связи с такими итогами нашего небольшого историко-краеведческого расследования хочется процитировать писателя В.С. Пикуля: «Конечно, всегда жаль расставаться с красивой легендой, но ради соблюдения истины мы вынуждены с нею проститься».  
      Впрочем, автор этих строк далек от мысли, что «бриньковское» топонимическое предание о смерти И.Ф. Бринка в Бейсугском редуте, якобы имевшей место в 1783 году, после публикации этой заметки рассеется как дым от казачьей люльки. Еще не раз из-под пера и клавиатуры историков, краеведов и журналистов появятся строки о скоропостижной смерти генерал-майора Бринка в том самом урочище, которое названо по его фамилии и где впоследствии казаками будет основана станица Бриньковская. Личность Ивана Федоровича Бринка представляет особый интерес для кубанских историков и краеведов, но исследование биографии первого командира Кубанского корпуса должно основываться на исторических фактах, а вовсе не на легендах сомнительного происхождения. Точность – это вежливость не только лишь монарших особ, но и историков. 

Р.Н. Раскосов

Список литературы:

1. Соловьев В.А. Суворов на Кубани. Краснодар: Кн. изд-во, 1986.
2. Дегоев В. Забытый герой Кубани. Слово об Иване Федоровиче Бринке // Дружба народов. 2012. № 10.
3. ГАКК. Ф. 252. Оп. 1. Ед. хр. 1827. Л. 16-17.
4. Щербина Ф.А. Собрание сочинений (Серия 1. Неизданные сочинения). Т. 3: Пережитое, передуманное и осуществленное. Краснодар: «Книга», 2013. С. 223.
5. Там же. С. 7-8.
6. Список Воинскому департаменту, и находящимся в штате при войске, в полках гвардии и в артиллерии, генералитету и штаб-офицерам. На 1779 год. СПб., 1779. С. 27.
7. Список Воинскому департаменту… На 1780 год. СПб., 1780. С. 25.
8. Список Воинскому департаменту… На 1782 год. СПб., 1782. С. 25.; Список Воинскому департаменту… На 1783 год. СПб., 1783. С. 23.
9. Список Воинскому департаменту… На 1784 год. СПб., 1784. С. 19.; Список Воинскому департаменту… На 1785 год. СПб., 1785. С. 18.
10. Список Воинскому департаменту… На 1787 год. СПб., 1787. С. 21; Список Воинскому департаменту… На 1788 год. СПб., 1788. С. 24; Список Воинскому департаменту… На 1789 год. СПб., 1789. С. 27; Список Воинскому департаменту… На 1792 год. СПб., 1792. С. 32.; Список Воинскому департаменту… На 1793 год. СПб., 1793. С. 30.
11. Список Воинскому департаменту… На 1794 год. СПб., 1794. С. 424; Список Воинскому департаменту… На 1795 год. СПб., 1795. С. 447; Список Воинскому департаменту… На 1796 год. СПб., 1796. С. 440.

16 Март, 2017 / Просмотров: 125 / ]]>Печать]]>
© 2017 Решмет Д.А.