Особая экспедиция (к 150-летию начала исследований азово-кубанского рыболовства)

     

Данилевский
Весной 1863 года только что начавшая выходить газета «Кубанские войсковые ведомости» поместила сообщение о том, что на Кубань прибывает особая экспедиция. Спустя некоторое время стало известно: экспедиция организована Министерством государственных имуществ по рекомендации императорского Русского географического общества; она будет заниматься исследованием рыболовства в Чёрном и Азовском морях; возглавляет экспедицию коллежский советник Данилевский.
     Кто такой коллежский советник, в тогдашней России знали все. Это был гражданский чиновник, занимавший среднюю руководящую должность в центральных государственных учреждениях. Что же касается фамилии начальника экспедиции, то она была известна лишь узкому кругу специалистов, да и то за пределами Кубанской области...
     Николай Яковлевич Данилевский родился 28 ноября 1822 года в селе Оберец Ливенского уезда Орловской губернии в семье отставного кавалерийского генерала. Его отец, выпускник Московского университета, любил науки и литературу и потому всячески способствовал развитию в отпрыске склонности к серьезным занятиям. Уже к 14 годам сын, отличавшийся феноменальной памятью, закончил три частных пансиона с углублённым изучением иностранных языков [1].
     В 1837 году Николай Данилевский поступил в знаменитый Царскоселький лицей, после успешного окончания которого, в конце 1842 года был принят на службу в канцелярию Военного министерства. Однако проявившаяся тяга к биологическим наукам побудила его записаться вольным слушателем на естественный факультет Санкт-Петербургского университета. В 1847 году Данилевский закончил высшее учебное заведение, получив степень кандидата по биологии. Но изучение избранной науки на этом не прекратилось: для магистерской диссертации он вместе с однокашником П. Семёновым (будущим Тянь-Шанским), исследовал почвы и растительность Орловской, Рязанской и других губерний с целью установления границы чернозёмной полосы России [2].
     Одновременно с занятием наукой будущий учёный увлёкся «теорией» французского социалиста Ш. Фурье, которую он воспринимал как экономическое учение, лишённое революционного и атеистического содержания. Несмотря на такое понимание фурьеризма, Данилевский был привлечён к суду по громкому делу М. Петрашевского. В компании с ним оказались братья М. и Ф. Достоевские, М. Салтыков и другие. Данилевскому повезло больше, чем его компаньонам: проведя в Петропавловской крепости «всего» 100 дней, он доказал свою невиновность и вышел на свободу [3].
     Хотя суд, проходивший под председательством министра внутренних дел Л.А. Перовского, вынес оправдательный приговор, бывшему «петрашевцу» не разрешили жить в Петербурге. В мае 1850 года он был зачислен в канцелярию Вологодского губернатора. Свою рутинную работу «изгнанник» удачно совмещал с научными исследованиями и краеведением. За сравнительно короткий срок им было подготовлено 6 статей по демографической ситуации в России для «Журнала Министерства внутренних дел» и 12 публикаций природоведческой тематики для газеты «Вологодские губернские ведомости» [4].
     Спустя два года по ходатайству главы МВД Данилевский был переведён на ту же должность в Самарское губернское управление. Там, в городе на Волге, произошло важное событие в его личной жизни: он женился на молодой вдове своего бывшего единомышленника генерал-майора А.П. Беклемишева, урождённой В.Н. Лавровой. Но счастливый брак оказался очень коротким: через год его жена умерла от холеры [5].
     В июле 1853 года Данилевский получил приглашение принять участие в качестве статистика и ботаника в экспедиции для исследований рыболовства на реке Волге и в Каспийском море. Это грандиозное мероприятие было инициировано астраханским рыбопромышленником Ф.Г. Голиковым и поддержано императорским Русским географическим обществом. Так судьба свела вчерашнего «канцеляриста» с известным учёным-естествоиспытателем академиком К.М. Бэром и его помощниками – техником А.Шульцем и препаратором Зоологического музея К. Никитиным [6].
     Каспийская экспедиция продолжалась четыре года. За это время Данилевскому пришлось побывать на реке Эмбе, у побережья Персии, в городах Баку, Шемахе и Тбилиси. Несмотря на трудности «выбивания» промысловых сведений, скудность финансовых средств и бытовую неустроенность, к началу 1855 года экспедиции удалось подготовить два выпуска «Каспийских исследований». Отчёты, помимо рыбопромысловой статистики, содержали сведения по геологии, рельефу, растительному и животному миру, истории, археологии, палеонтологии, антропологии, этнографии огромного географического региона. Каспийская командировка сблизила Данилевского с К.М. Бэром и дала чёткое направление его дальнейшим естественно-научным исследованиям [7].
     В 1858 году Н.Я. Данилевский был назначен начальником экспедиции для изучения рыболовства в Белом море и Северном Ледовитом океане; в 1861 году командирован в Астрахань для работы в комиссии по исследованию рыбных и тюленьих промыслов; в 1862 году направлен сначала на Псковское и Чудское озёра для разъяснения правил рыболовства, а затем на Дон для изучения его дельты. Результаты этих командировок получили высокую оценку Министерства государственных имуществ, и Данилевский был введён в состав его Учёного комитета [8].
     Летом 1863 года Николай Яковлевич возглавил экспедицию для исследования рыболовства в Чёрном и Азовском морях. Его помощниками стали бывшие коллеги – техник А. Шульц и препаратор К. Никитин. Уже на месте базирования экспедиции её штат пополнили Мешаков и Гульельми [9]. Этой маленькой группе людей предстояло выполнить такой объём исследовательских работ, который и сейчас под силу только целому специализированному институту.
     Верный ученик великого Бэра, Данилевский начал работу с изучения природных условий региона и тех изменений, которые они претерпели за время активного хозяйственного освоения морских побережий. Позже Данилевский писал: «Осенью 1863, весной и летом 1864 и осенью того же года объехал я все берега Азовского моря, на всём их протяжении и притом почти со всеми вдающимися и выдающимися частями их очертания... От Ахтарского гирла до высохшего гирла... Перекопского простирается обширная Кубанская низменность...». На ней, как на «представляющей наиболее особенностей», и сосредоточил начальник экспедиции основное внимание [10].
     У кубанской низменности, или дельты, были две главные особенности. Во-первых, здесь находились богатейшие рыболовные угодья Азово-Черноморского бассейна: только один «ачуевский улов» составлял в среднем за сезон 1850-1855 годов свыше 20000 пудов осетров и почти 4000 пудов икры [11]. Во-вторых, менее чем за три десятилетия в гидрографической сети дельты произошли колоссальные изменения: Кубань стала впадать в Азовское море, её средний рукав обезводился, а забивка многочисленных левобережных ериков Протоки привела к резкому сокращению площадей пресноводных лиманов.
     Для того чтобы прогнозировать будущее кубанской дельты, а вместе с нею и уникальных рыболовных промыслов, Данилевский решил разобраться в её прошлом и настоящем. Для этого он проанализировал сведения о регионе, содержащиеся в работах Страбона, де ла Матре, И. Гильденштедта, М. Гулика, П. Палласа, И. Кларка, М.Энгельгардта и Ф. Паррота, Ф. Дюбуа де Монпере, Гюо и других учёных и путешественников. Причём, большинство работ было прочитано в оригинале [12].
     Конечно, Данилевский увидел кубанскую дельту не такой, какой она представлялась его предшественникам из окна кареты или из седла лошади. Его окружала малонаселённая и труднопроходимая местность. Достаточно сказать, что в начале 60-х годов XIX века в междуречье Кубани и Протоки, занимавшем больше половины площади дельты, существовало всего три незначительных населённых пункта: новоявленный город Темрюк, старый рыбацкий посёлок Ачуев и станица Петровская. Междуречье пересекала одна-единственная «всесезонная» дорога, высокопарно именуемая Таманским трактом [13].
     Экспедиция Данилевского не имела собственного транспорта. Поэтому для работы на суше арендовались конные повозки с извозчиками, для работы на Кубани и Протоке – байдаки с командами, для работы на лиманах – плоскодонные лодки с гребцами-шестовиками. Хозяева транспортных средств, будучи местными жителями, являлись надежными проводниками и компетентными информаторами. От них Данилевский узнал об исчезнувших лиманах Рудивском и Красногольском, об истории кубанского судоходства, о кознях ачуевских «откупщиков».
     Много сложностей в работе доставляло отсутствие точных карт местности. Так, при обследовании азовского побережья приходилось пользоваться устаревшими материалами съёмки Е. Манганари 1833 года. А о существовании карты кубанской дельты, составленной Межевой комиссией Черноморского казачьего войска, начальник экспедиции узнал лишь тогда, когда полевые работы близились к завершению [14].
Несмотря на природные и организационные трудности, Данилевкому удалось достигнуть поставленной цели. Обследовав дельту в натуре, изучив строение рельефа и распространение аллювиальных отложений, он установил её южную, восточную и северную границы и размеры. «Кубанская дельта, – констатировал учёный, – имеет форму почти правильного прямоугольника (прямоугольного треугольника - Б.Р.) … и составляет приблизительно поверхность в 80 квадратных (географических - Б.Р.) миль».
     Данилевский реконструировал историю развития главных рукавов и крупнейших ериков дельты за последние 2000 лет и пришёл к выводу: «Реками, или рукавами можно в настоящее время (в 1860-е годы – Б.Р.) считать только Протоку, собственно Кубань и Переволоку... Из этих трёх рукавов главным должно, без сомнения, считать Протоку, потому что только она впадает непосредственно в море, не расширяясь ни перед устьем, ни на пути своём в лиманы и сохраняя везде значительную глубину» [15].
Сравнивая кубанскую дельту с дельтами других южных рек России, Данилевский обнаружил в ней «непропорциональность» в отношении между занимаемым ею пространством и водными протоками, отложением из которых это пространство обязано своим происхождением...». Причину такого явления учёный объяснил «большею мутностью кубанской воды, а также наличием береговой косы, которая задерживает осадки, не давая им возможности выноситься в море» [16].
     Естественно, основное внимание Данилевский уделил дельтовым лиманам, которые он разделял на внутренние и приморские. К первым были отнесены водоёмы Каракубанского острова, левобережья Кубани, правобережья среднего и нижнего течения Протоки. «Приморские лиманы, – уточнял учёный, – занимают непрерывную полосу вдоль западного края дельты шириною от 12 до 30 вёрст. Но соединение этих лиманов между собою не одинаково тесно и непосредственно, и потому они распределяются на группы. Таких групп шесть...» [17].
     Выяснив причины исчезновения «русловых» лиманов Протоки – Рудивского и Красногольского, – Данилевский пришёл к заключению, что та же участь ждёт и пойменные водоёмы. Южная часть Ахтанизовского лимана будет заполняться наносами Переволоки и может отделиться от остальной части акватории. Чебургольские лиманы, лишённые подпитки как со стороны рукава Протоки, так и со стороны Ангелинского ерика, неминуемо высохнут [18].
     Монография «Исследования о Кубанской дельте», скромно названная автором «статьёй» (123 страницы ! – Б.Р.) была опубликована в «Записках императорского Русского географического общества» в 1869 году. Эта работа получила высокую оценку географов, гидрологов, геоморфологов, а ИРГО, членом которого Данилевский официально состоял с 1858 года, удостоило её самой престижной награды – Большой Константиновской золотой медали [19].
     В том же выпуске «Записок ИРГО» как дополнение к монографии была помещена небольшая статья «Несколько слов о русской географической терминологии...». Дело в том, что Данилевский, побывавший до приезда на Кубань в дельте Волги и на крымском побережье Азовского моря, твёрдо усвоил: приморский (лагунный) водоём – это «лиман», а пойменный водоём – «ильмень»; песчаная или ракушечная полоска суши, с двух сторон омываемая водой, это – «стрелка», или «коса». Здесь же, на Кубани, и приморские и пойменные водоёмы назывались лиманами, а морской береговой бар, омываемый водой лишь с одной стороны, почему-то – косой [20].
     Однако, пожив среди кубанцев и поближе познакомившись с местной географической номенклатурой, Данилевский вынужден был признать: «...народная терминология совершенно основательна, несмотря на говорящую против неё во многих местах видимость; она основательна – генетически». Больше того, в своей монографии учёный употребляет в «диалектном варианте» и наименования географических объектов: лиман Рудивский (а не Рудевский), гряда Кабаняча (а не Кабанячья), коса Поповицкая (а не Поповичская) [21].
     Спустя два года после выхода в свет «Исследований о Кубанской дельте» Министерством государственных имуществ был издан очередной, VIII-й, том «Исследований о состоянии рыболовства в России». Он носил название «Описание рыболовства на Чёрном и Азовском морях» и содержал шесть отчётов, первый из которых посвящался общему обзору рыболовства в Азовском море и кубанскому рыболовству.
     В начале первого отчета Н.Я. Данилевский отмечал, что самые подробные и тщательные наблюдения привели экспедицию к выводу: Азовское море в 10 раз богаче рыбой, чем Каспийское. Если же сравнивать рыбопродуктивность на единицу объёма воды, то в Азовском море она в 100 раз выше, чем в Каспийском.
     Причины изобилия рыбы в Азовском море начальник экспедиции объяснял следующими факторами: небольшими глубинами («мелкостью») водоёма, малой солёностью (всего 1 процент), высокой «кормностью» (насыщенностью воды ракообразными) и необыкновенно благоприятными («выгодными») условиями размножения рыбы в низовьях Кубани и Протоки [22].
     Собранные экспедицией материалы поражали достоверностью и точностью данных о промысловом значении различных видов рыб. Эти сведения были важны как с точки зрения изменений в составе и численности рыбного населения Азовского моря за определённые периоды, так и с точки зрения изучения биологии и качественного состава разных пород рыб.
     Видя то, что уловы рыбы неуклонно падают (даже по сравнению с 1850-ми годами), Данилевский предлагал: устроить в низовьях Протоки рыбоводный завод, регулировать («шлюзовать») приток пресной воды в приморские лиманы, рассматривать всё море как единый рыбопромысловый водоём, установить жесткие правила рыболовства и рыбоохраны и, наконец, ликвидировать пресловутый «откуп» [23].
     К концу 60-х годов, после завершения работ на Кубани и Азовском море, Н.Я. Данилевский стал признанным специалистом в области рыбного хозяйства России. С его мнением считались чиновники и министры царского правительства, а накопленный им громадный материал о положении в этой важной отрасли промышленности лёг в основу действовавшего в стране законодательства о рыболовстве [24].
     В 1871 году Николай Яковлевич оставил государственную службу и поселился вместе с женой О.А. Межаковой и детьми на южном берегу Крыма, в собственном имении Мшатка. Там он увлёкся борьбой с филлоксерой – только что завезённым из Америки опасным вредителем виноградников. За достигнутые успехи в новом деле Данилевский был избран председателем Крымской филлоксерной комиссии, которая позже делегировала его на Всероссийский съезд, проходивший в Тбилиси [25].
     Переезд в Крым совпал у Данилевского с выходом в свет первого отдельного издания его книги «Россия и Европа», которую автор «посвятил национально-государственному бытию России и славянства, их положению в мире, истории и судьбе». Произведение было восторженно встречено Ф.И. Тютчевым, Ф.М. Достоевским, Л.Н. Толстым, Н.Н. Страховым, К.Н. Леонтьевым, К.Н. Бестужевым-Рюминым. А царское правительство рекомендовало книгу всем преподавателям истории в качестве настольного руководства [26].
     Данилевский, как страстный поборник славянского единства считал, что «для русского и всякого другого славянина идея славянства должна быть высшею идеей, выше свободы, выше науки, выше просвещения» [27]. «Будучи далёким от огульной критики Европы, он, тем не менее, подчёркивал её враждебный и агрессивный характер» по отношению к славянству и «настаивал на необходимости утверждения на Востоке Всеславянского союза, призванного служить гарантом всемирного равновесия».
     В начале 80-х годов Данилевский трудился над обширной монографией «Дарвинизм», представлявшей собой критику учения Ч. Дарвина о естественном отборе как основном факторе эволюционного развития живых организмов. Эта книга разделила учёных-биологов на сторонников и противников дарвиновского учения, хотя она предназначалась лицам, не знакомым специально с биологическими науками.
Осенью 1885 года Данилевский получил предложение принять участие в экспедиции на озеро Гокча (Севан), возвращаясь из которой внезапно умер от сердечного приступа (по другим данным, от воспаления лёгких) в гостиничном номере города Тифлиса. По завещанию Николая Яковлевича его похоронили на крутом берегу Чёрного моря, во Мшатке...[28].
     Предложения Н.Я. Данилевского, направленные на поддержание азово-кубанского рыболовства, начали претворяться в жизнь уже в 90-х годах XIX века. В это время перестали сдаваться в «откуп» ачуевские рыболовные промыслы. Тогда же было построено регулирующее сооружение («шлюз») в голове Васильчикова ерика для подачи воды в Ахтарские лиманы. В конце 20-х годов XX столетия пресная вода пошла по канализованному руслу Демина ерика в лиманы северной части Кубано-Протокского междуречья [29].
     Особенно широкий размах строительство опреснительных систем приобрело в предвоенное время. В 30-е годы получили речную воду Черноерковско-Сладковские и Куликово-Курчанские лиманы. В середине 1950-х годов пресная вода потекла по старому, черноморскому, рукаву Кубани: живительную влагу приняли Кизилташский и Витязевский лиманы [30].
      Активную поддержку промышленному рыбоводству оказывали учёные-ихтиологи. Ещё в 1928 году была образована Азово-Черноморская (Доно-Кубанская) научная рыбохозяйственная станция (ДКНРХС), которая в течение многих лет занималась исследованиями гидробиологических параметров приморских лиманов. При её содействии вышло из печати естественно-научное описание кубанской дельты, содержавшее сведения по морфологии и состоянию лиманов, а также их рыбохозяйственные характеристики [31].
     В 1958 году ДКНРХС была преобразована в Азовский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства (АзНИИРХ). А спустя два года исполнилось сто лет с начала рыбохозяйственных исследований в России, организованных Министерством государственных имуществ по предложению императорского Русского географического общества. Выступая по поводу юбилея на научной конфереции, которая проходила в АзНИИРХе, главный ихтиолог института С.К. Троицкий 58 раз назвал в своём семистраничном докладе фамилию Н.Я. Данилевского [32].
     Ещё через три года истекло столетие с начала работы на Кубани Особой экспедиции Министерства государственных имуществ России. Но этот юбилей совпал с развёртыванием широкомасштабного наступления на кубанскую дельту с целью превращения её в основную зону рисосеяния Советского Союза. Естественно, сидевшие за рычагами бульдозеров и скреперов механизаторы о Данилевском ничего не знали и никогда не слышали.
     В 60-70-х годах минувшего века была перекрыта плотинами Фёдовского и Краснодарского гидроузлов река Кубань, что затруднило проход рыб красных и многих белых пород в места естественных нерестилищ. Одновременно резко возросли объёмы сброса в приморские лиманы и Азовское море стоков, насыщенных ядохимикатами, удобрениями, нефтепродуктами и тяжёлыми металлами, что явилось лимитирующими фактором для воспроизводства и нагула промысловых рыб [33].
     Специалисты, следуя рекомендациям Н.Я. Данилевского, пытались исправить ситуацию путём строительства рыборазводных заводов и нерестово-выростных хозяйств. Такие предприятия были созданы в Славянском, Темрюкском и Калининском районах. Однако, с середины 90-х годов начался браконьерский беспредел, сопровождавшийся чрезмерным выловом, что привело к катастрофическим последствиям в искусственном воспроизводстве рыбы [34].
     Огромные потери понесло и Азовское море. К концу минувшего тысячелетия популяция осетровых в нём была почти полностью уничтожена. Улов красной рыбы только за период с 1998 по 2001 год сократился с 260 до 13,8 тонны, то есть почти в 20 раз. Последний и решающий удар по азово-кубанскому рыболовству нанесло строительство искусственного вододелителя на бывшем Раздёре [35].

Б.Т. Решитько,
действительный член Русского
географического общества,
руководитель комиссии по топонимии
Краснодарского регионального отделения РГО


Список источников

1. Большая Российская энциклопедия. М., 2007. Т. 8. С. 391.
2. Большая Российская энциклопедия … С. 286.
3. Соловьёв В.С. Данилевский Николай Яковлевич // Русский биографический словарь : сетевая версия : сайт. URL: http://www.rulex.ru/01050045.htm.
4. Страхов Н.Н. Сборник политических и экономических статей Н.Я. Данилевского. СПб., 1890.
5. Бороздин А. Данилевский Н.Я. С.7.
6. Варламов В.Ф. Карл Бэр - испытатель природы. М.,1988. С. 147, 149, 150.
7. Бороздин А. Данилевский Н.Я.
8. Большая Российская энциклопедия … С.286.
9. Троицкий С.К. Н.Я. Данилевский – первый исследователь азовского рыболовства // Вопросы ихтиологии. Т. 1. Вып. 3(20). 1961. С. 384.
10. Данилевский Н.Я. Исследования о Кубанской дельте // Записки ИРГО. Т. 2. СПб., 1869. С. 1.
11. Бородин Н.А. Кубанское рыболовство, его современное положение и нужды. СПб., 1904. С. 5.
12. Решитько Б.Т. Данилевский Н.Я. // Библиографический энциклопедический словарь. Краснодар, 2005. С. 85.
13. Карта дельты Кубани. Межевая комиссия ЧКВ. Екатеринодар,1862.
14. Данилевский Н.Я. Исследования ... С. 109.
15. Там же. С. 15.
16. Там же. С. 24.
17. Там же. С. 20.
18. Там же. С. 38.
19. Большая Российская энциклопедия. … С. 286.
20. Данилевский Н.Я. Исследования ... С. 10, 68.
21. Там же. С. 10, 31, 109.
22. Троицкий С.К. Н.Я. Данилевский... С. 384.
23. Там же. С. 385-389.
24. Соловьёв В.С. Данилевский Н.Я. … С.1
25. Бороздин. Данилевский Н.Я. … С.7.
26. Половцов. Данилевский Н.Я.
27. Соловьёв В.С. Данилевский Н.Я. … С.7/
28. Иванов А.В. Данилевский Н.Я. С.17.
29. Михайлов В.Н. и другие. Гидрология дельты и устьевого взморья Кубани. М., 2010. С. 138.
30. Троицкий С.К. Кубанские лиманы. Краснодар, 1958. С. 39.
31. АзНИИРХ. История института.
32. Троицкий С.К. Н.Я. Данилевский ... С. 383-390.
33. Михайлов В.Н. и другие. Гидрология ... С.76.
34. Фуфалько Б.Д. Славянский район: историко-географические сведения. Краснодар, 2012. С. 41.
35. Михайлов В.Н. и другие. Гидрология … С.76.

3 Ноябрь, 2015 / Просмотров: 562 / ]]>Печать]]>
© 2017 Решмет Д.А.